Меню

Корпорация святые моторы кайли миноуг

Неделя Каракса «Корпорация «Святые моторы» (2012)

Анна Сотникова о последнем (во всяком случае, на данный момент) фильме Леоса Каракса.

«Сколько у нас сегодня встреч, Селин?» — «Девять, мсье Оскар. Папка с ближайшим делом лежит рядом с вами». Мсье Оскар глядит в зеркало глазами человека, уставшего от количества смертельных исходов. В ближайшие два часа экранного времени вы увидите девятиактную пьесу с прологом и эпилогом про природу творчества, боль, любовь, жизнь и смерть. В главной роли — Дени Лаван. В роли Селин — Эдит Скоб. В эпизодах — Ева Мендес, Кайли Миноуг, Мишель Пикколи. В антракте прозвучит композиция Р.Л.Бернсайда «Let my baby ride» в переложении для баяна с оркестром. Trois, deux, merde!

Мсье Оскару предстоит прожить одиннадцать жизней и уехать ночевать в двенадцатую. Он будет нищенкой, побирающейся на мосту Александра III. Он будет статистом, исполняющим половой акт с безымянной партнершей в павильоне motion capture. Он будет отцом. Он будет мужем. Он будет мсье Говно. Он будет убийцей — и убьет самого себя. Он будет всем — и в то же время никем.

Пролог: французский режиссер Леос Каракс, пробудившись от беспокойного сна, подходит к стене и выросшим из руки ключом отпирает волшебную дверь, нащупав ее под обоями. За закрытыми дверями не ад, но пустыня реальности: то ли мертвые, то ли уснувшие зрители сидят перед погасшим экраном. Тут рядом ходит смерть, обернувшись черной собакой. Тут боль, ужас и безразличие. Ненависть лучше безразличия, но хуже любви. Любовь в зазеркалье тоже, разумеется, есть. Он ведь не может без любви. Потом в кадре появится его дочь — Настя Голубева-Каракс, — и смерть отступит на второй план.

Фильмы Каракса всегда складывались из двух компонентов — всепроникающей, до боли конкретной любви мужчины и женщины и его собственной любви к кино. Стремительные, отчаянные — это лучшие фильмы про то, что жизнь без любви не имеет смысла. Любовь — это разрушающая сила. Любовь — это отчаяние, кошмар на грани истерики. Любовь — это смерть, но ее обязательно, непременно надо сберечь. Сжечь, утопить, затоптать в грязь, развеять по ветру, так не доставайся же ты никому, только оставайся со мной, из крайности в крайность. Теперь любовь умерла, и зачем все это?

Вместе с любовью умерла и «Пола Икс» — Катя Голубева, ускользающая красота. Парень встретил девушку, но девушки больше нет, вот и вся история. Опустевший «Самаритен» больше не сияет огнями, глядя на Новый мост. На его крыше Оскар споет песню о том, где же и кем мы были тогда, — дуэтом с блондинкой в плаще, которая шагнет с этой крыши вниз и исчезнет, рассыплется, растечется красным по мостовой. «У нас есть двадцать минут, чтобы наверстать двадцать лет». Двадцать лет назад вышли «Любовники с Нового моста». Умрет и мсье Воган — неизменный караксовский Алекс, — в своей постели, с рыдающей дочерью у изголовья. А может и не с дочерью, а может и не в своей, а может и не он. Кто я, если все это уже неважно? Кто я без тебя?

В живых осталась только вторая любовь — к кинематографу. Но без первого компонента нет больше движущей силы, глохнет мотор, пропадает возможность рассказывать истории, и кино распадается на миллиард разноцветных пикселей, превращаясь в набор аттракционов, случайностей, растворенных в мире сущностей. Небесная механика больше не нужна, говорящие лимузины тоже скоро сдадут в утиль, но ведь нельзя иначе, он не владеет другим языком. Теперь задача состоит в том, чтобы найти себя, принять настоящее. И вывернутый наизнанку некролог Автора парадоксальным образом становится манифестом авторской свободы, поминками по кинематографу, прелюдией и фугой для баяна с оркестром. Знать, что искусство легкомысленно, и найти в себе силы посвятить ему жизнь, — великое достижение. Когда художник воспринимает себя слишком серьезно, он пытается сделать больше, чем может. «Что заставляет тебя продолжать?» — «То же, с чего все началось: красота игры». Красота — в глазах смотрящего, но есть ли смотрящие?

Читайте также:  Bauer мотор редуктор запчасти

«Святые моторы» — это и есть зазеркалье, где один эпизод отражается в другом, а в них отражается вся авторская фильмография, всегда работавшая по принципу «замри, умри, воскресни». Всего пять больших фильмов за двадцать восемь лет — Каракса хоронили едва ли не после каждого, но он возвращался, и всегда рядом с ним была любимая женщина. Теперь он вернулся один, чтобы методично избавиться от свидетелей — своих альтер эго, которые помнят его счастливым. Великий бог режиссер по ту сторону камеры снова и снова отдает Лавану команду умирать. Выбегает из лимузина мсье Оскар, чтобы пристрелить Оскара-миллионера. Оскар-наемный убийца запускает нож в горло Оскару-гопнику, но тот тоже не промах: на последнем дыхании нанесет ответный смертельный удар, а первый, полежав в луже собственной крови, поползет дальше — время не ждет. Воскресать уже нет сил, но придется. Самая страшная пытка — когда не можешь по-настоящему исчезнуть. Потому что как можно умереть, если давно перестал понимать, где ты и кто? Спектакль закончился, все актеры, кроме одного, разбежались, остается только терпеть — и продолжать верить в красоту игры.

Возможно, это и правда последний фильм Каракса. Мы слышали это много раз, но «Святые моторы» — смертельный номер, выход эксгибициониста на темную сцену. Он молча пожимает плечами — и этим жестом объясняет все сразу. Ему нечего скрывать, у него не осталось ничего, что он мог или хотел бы сберечь. «Святые моторы» — фильм о том, как у грандиозного режиссера перестало получаться кино, потому что все потеряло смысл. Настоящие камеры давно отпали как анахронизм, ровно как и зрители, по которым, конечно, страшно скучаешь, но недолго. Мир, как мы его знали, подходит к концу, и бог с ним. Если раньше святым мотором фильмов Каракса была любовь, то теперь в производство их запускает смерть. Тот, кто был жив, мертв. Мы, что были живы, теперь умираем, набравшись терпенья. Монументальное признание в любви, собранное из внушительной коллекции всех фильмов на свете — своих и чужих, — это исповедь о мечте в поисках утраченного времени. Ведь его так мало, что не успеешь оглянуться, как все соратники мертвы, любимая спрыгнула с крыши, а ты остался один — отчаянный и разочарованный.
В этом фильме все, и в то же время — ничего.

Источник

Кайли Миноуг проехалась на «Святых моторах»

В российском прокате — фильм «Корпорация «Святые моторы» Леоса Каракса. Одна из самых заметных премьер прошедшего Каннского фестиваля с полным правом может быть названа и самым странным фильмом года.

«Святые моторы» (таково оригинальное название фильма, измененное, по словам прокатчика, «из-за требований российского законодательства») начинаются сценой с участием самого Каракса. Он просыпается ночью, находит в своей комнате потайную дверь, идет по каким-то катакомбам и вдруг попадает в зрительный зал кинотеатра. Зрители же, поглощенные происходящим на экране, не обращают ни малейшего внимания на странного человека в пижаме, наблюдающего за ними с балкончика.

В этом формула всего фильма, если не всего творчества Каракса. Его очень личные фантазии, сны, интимные переживания выходят к зрителю как есть, «неглиже», даже без видимости благопристойной оболочки, но зритель в упор их не видит или не хочет увидеть.

Главный герой «Святых моторов» в исполнении Дени Лавана, постоянного актера Каракаса, едет на белоснежном лимузине и исполняет «задания». Сначала мсье Оскар (так зовут персонажа Лавана) — бизнесмен, обсуждающий деловые вопросы с партнером по бизнесу, а затем он переодевается и гримируется в нищую старуху, которая собирает на площади милостыню и жалуется на жизнь. Чем дальше, тем человек в лимузине примеряет на себя все более странные «роли»: это отвратительно-агрессивный бомж Дерьмо (персонаж из прошлой работы Каракса — новеллы из альманаха «Токио!»), умирающий богатый старик, неуравновешенный отец девочки-подростка, убийца.

Читайте также:  Капремонт мотора киа спортейдж

Самое интересное, что Каракс так и не объясняет, что означают все эти перевоплощения: то ли это гиперреалистичная игра эксцентричного богача, то ли перед нами ироничная сказка о реинкарнации, и мсье Оскар — душа всех этих людей, в которых он «вселяется», то ли перед нами просто аллегория актера, виртуозно меняющего маски.

В конце концов можно и вовсе не гадать, а просто созерцать эти трансформации и перевоплощения. Если с чем и стоит сравнить это удивительное кино, так это с «Космополисом» Кроненберга и фильмами Мэтью Барни: от первого здесь форма повествования и лимузин как клетка-панцирь главного героя, от второго — трансформации образов и пространства, а также почти сексуальная тяга к поражающим воображение объектам, строениям и интерьерам.

С Барни Каракса роднит и еще одна деталь. Как и американский режиссер в своем последнем фильме, Каракас решился на, казалось бы, популистский шаг: пригласить на одну из главных женских ролей поп-звезду. У Барни такой звездой в Drawing Restraint 9 стала его супруга Бьорк, у создателя «Святых моторов» — Кайли Миноуг. И хотя поклонников «принцессы поп-музыки», пришедших на фильм только ради нее, ждет в лучшем случае недоумение, все же один подарок Каракас им сделал. В кульминационный момент Кайли исполняет слезливую песню, благодаря чему артхаусная комедия-притча то ли пропитывается духом сиропной музыкальной мелодрамы, то ли становится пародией на нее. Певица рассказывала, что режиссер просил ее не записывать песню в студии, а исполнить прямо на съемочной площадке.

Но самый яркий музыкальный эпизод фильма — не соло Кайли, а марш гармонистов во главе с неизменным Оскаром-Лаваном. Толпа мужиков, задорно наяривающих на гармошках, в любом другом фильме была бы воспринята как совсем уж неприлично лубочный образ. Однако в «Святых моторах» даже эта сцена выглядит на удивление органично, равно как и переговаривающиеся между собой лимузины на стоянке: аллюзия на голливудские мультики «Тачки» и «История игрушек» у Каракса наполняется особым, почти сакральным смыслом, на что и указывает название фильма.

«Святые моторы» вышли через 13 лет после предыдущей полнометражной работы Каракса и вместили все неснятые фильмы за этот внушительный срок. Получился каталог нереализованных идей, безудержное выплескивание накопившегося и, как следствие, странноватая кинематографическая энциклопедия. Гимн искусству, позволяющему прожить десятки чужих жизней, заплатив за это своей собственной и, увы, единственной настоящей жизнью.

Источник

Русские корни, Алекс и альтер эго: 7 фактов о Леосе Караксе, режиссере «Аннетт»

Леос Каракс родился 22 ноября 1960 года под именем Алекс Кристоф Дюпон. Псевдоним — это анаграмма, соединяющая имя «Алекс» и название премии «Оскар». Со своим родным именем режиссер долгие годы и не думал расставаться — Алексами зовут, например, главных героев самых известных его картин, составляющих трилогию любви: «Парень встречает девушку» (1984), «Дурная кровь» (1986), «Любовники с Нового моста» (1991). В фильмах «Токио!» (2008) и «Корпорация «Святые моторы»» (2012) главный герой, сыгранный Дени Лаваном, откликается на прозвище Дерьмо (по-французски Merde), но никто не удивится, если и он вдруг окажется Алексом. Такая любовь к своему имени, прежде всего, вызвана тем, что герои-мужчины непременно вдохновлялись образом самого режиссера, о чем говорил и он сам в интервью «Медузе» (внесена в реестр СМИ-иноагентов): «Все они — проекции, тревожные проекции моего я».

Семья

По словам Леоса Каракса, его бабушка и дедушка жили в Одессе и эмигрировали из СССР в США в начале прошлого века. Будущий режиссер родился в творческой семье (мать Джоан Оссерман-Дюпон — кинокритик, а отец Жорж Дюпон — журналист), поэтому неудивительно, что первыми самостоятельными шагами Каракса в киноискусстве стали статьи для французского издания «Les Cahiers du cinéma», написанные в 1980-м.

Синефильство

В 16 лет Леос Каракс бросил школу и переехал в Париж, где стал посещать Французскую синематеку (музей-архив с огромной фильмотекой) и слушать лекции в Новой Сорбонне. По признанию самого режиссера, он не видел смысла в получении системного образования, предпочитая самообучение через любовь к кино. Так, Каракс всерьез увлекся немыми картинами, что впоследствии вдохновило его на собственное творчество. В одном из интервью режиссер рассказал, что, несмотря на изначально минимальный опыт в киноискусстве, со временем он сумел восполнить пробелы во всех областях, кроме звука: «Делать фильмы я начал очень рано. Тогда я не умел и не знал вообще ничего. Ни о свете, ни о монтаже, ни о кадре — всему приходилось учиться на ходу. Необходимо было найти тех, кто владеет всем этим, и мне это удалось во всех областях, кроме музыки».

Читайте также:  Тюнинг моторов ваз в екатеринбурге

Дени Лаван

Свое альтер эго, как называет Каракс Дени Лавана, создатель артхаусных фильмов обнаружил случайно в реестре безработных актеров. Появившись в 1984 году в фильме «Парень встречает девушку», вот уже почти 40 лет Лаван воплощает на экране все мыслимые и немыслимые версии творческого и не только версий Леоса Каракса. В 2009 году режиссер объяснил, за что ценит этого актера: «Я работаю с ним просто потому, что он лучший актер на нашей планете». Между прочим, в 2020 году Дени Лаван появился в российской картине «Серебряные коньки» Михаила Локшина в образе шарлатана-иллюзиониста Фурье.

Женщины

Леос Каракс вошел в историю кино не только как мэтр артхауса, но и как ценитель женщин. В фильмах Каракса снимались Катрин Денев, Кайли Миноуг, Ева Мендес, Жюльет Бинош. Создатель «Парень встречает девушку» даже снял клип для Карлы Бруни, жены бывшего президента Франции Николя Саркози. История взаимоотношений с женщинами на съемочной площадке началась еще во время создания дебютной короткометражки Каракса, где режиссер снял свою первую любовь. А роман, случившийся на съемках картины «Дурная кровь», открыл критикам и зрителям актрису и лауреата премии «Оскар» Жюльет Бинош, которая затем появилась и в «Любовниках с Нового моста». В дальнейшем, помимо стилистических особенностей, в кино Каракса традиционно привносились и особые отношения, связывавшие его со своими героинями, начиная с Мирей Перье, снявшейся в «Парень встречает девушку», и заканчивая «Полой Х» с Екатериной Голубевой, второй и ныне покойной женой Леоса Каракса, которая родила ему дочь Настю Голубеву-Каракс.

Екатерина Голубева, Леос Каракс и Дэльфин Шийо на Каннском фестивале 1999 года. Фильм «Пола X» был номинирован на «Золотую пальмовую ветвь»

Связь с Россией

Брак с российской актрисой Екатериной Голубевой, умершей при невыясненных обстоятельствах (выдвигались различные версии: от несчастного случая до самоубийства), и родственники из Одессы — не единственное, что связывает Леоса Каракса с Россией. Когда режиссер был еще подростком, то находился под сильным влиянием русских писателей (герои Каракса зачастую вдохновлены персонажами Достоевского) и композиторов, чья музыка нередко звучит в его фильмах (например, произведения Шостаковича и Прокофьева). Помимо Достоевского, режиссера восхищали Леонид Андреев и Андрей Платонов, «Джан» которого он когда-то мечтал экранизировать. Что касается кино, то режиссер признается, что не интересуется русским кинематографом: «Русское кино я знаю совсем плохо. Довженко и Барнета ценю, а с Эйзенштейном плохо знаком: больше его читал, чем смотрел. Тарковского тоже почти не знаю. Из современников — Сокуров, многие его фильмы для меня ужасно важны».

«Аннетт»

12 августа состоится российская премьера новой картины Леоса Каракса «Аннетт» — одного из немногих фильмов, чей сценарий был написан не самим режиссером. Несмотря на это, первый мюзикл в карьере Каракса затрагивает и факты его жизненного пути: смерть любимой женщины, борьба творческих начал, испытание славой, взаимоотношения отца с дочерью, потерявшей мать, и многое другое. Возможно, эта автобиографичность стала одной из причин, побудивших жюри Каннского кинофестиваля вручить Леосу Караксу самую престижную награду в его профессиональной карьере — «Золотую пальмовую ветвь» как лучшему режиссеру.

Источник

Adblock
detector